protoierei Alexandr (rebrik) wrote,
protoierei Alexandr
rebrik

Categories:

Первый Храм

                           

Сейчас, когда непосредственно церковному служению отдано 30 лет и храм стал неотъемлемой, обязательной частью и будней, и праздников, становится понятным, что прожитые годы имеют иную градацию. Не десятилетиями или пятилетиями живет верующий человек и даже не детством, отрочеством, молодостью и зрелостью. Иные вехи имеются – храмы Божие. Те, от которых начинается особый отсчет. Лета духовные не совпадают с временами года и мера их возрастания, не зависит от количества сорванных календарных листков…

Самым первым храмом моей жизни был кафедральный собор в Ростове-на-Дону. Первым – с точки зрения сознательного стремления сходить «в церковь» и понять, почему родные бабушки до сих пор крестятся на темные иконы. Был и иной храм, где меня, когда то окрестили и даже причащали, но его в памяти не осталось.
Введению в ростовский собор Рождества Богородицы способствовало и то, что в одну из отроческих суббот именно у этого храма меня впервые в жизни «угостили» милицейской дубинкой.
Это были еще школьные годы, девятый класс, 1971 год. То время, когда родители уже разрешали гулять с друзьями «до десяти». Весна, канун Пасхи. Пожертвовав «Мелодиями зарубежной эстрады», которые всегда транслировало телевидение в пасхальную ночь, решили мы все же пойти в церковь. Нет, не молиться. Просто – «посмотреть».
Вокруг входа в собор, подковой, в полуметре друг от друга, стояли курсанты речного училища, а за ними, по тротуарам и трамвайным рельсам, группы молодых милиционеров. Курсанты пропускали «через себя» только старушек. Все остальные должны были объясняться уже с милицией, которая практически всех отправляла обратно, за оцепление.
Ростовский кафедральный собор находится на рыночной площади города. Центр с парками и развлечениями – рядом. Недалеко и набережная – место любимое и популярное. Ясно, что у оцепления тут же собралась внушительная толпа молодежи, оживленно обсуждающая не столь частое действо.
Нет, о Пасхе и Воскресении Христовом не говорили, просто тихонько (громко в те года было не принято и боязно) обсуждали сам факт: «Почему не пускают» и, естественно, вырабатывали планы, как «прорваться» в церковь. Зачем «прорываться» в храм интересовало мало…
Придумали грандиозный план и мы. Недалеко от собора есть остановка, от которой отправляются трамваи, проходящие сквозь оцепление как раз мимо ворот храма. Открывать двери движущегося трамвая в те годы было элементарно, поэтому мы и решили выскочить из вагона как раз напротив церковной калитки и… бегом в храм. Так и сделали. Но не рассчитали. Милиционеры оказались проворней. Тут-то мне дубинкой по шее и спине досталось…

Через неделю, в воскресенье, я поднялся очень рано, чем несказанно удивил родителей. Еще больше они удивились, когда я затребовал у них пятьдесят копеек, так как иду в церковь (для незнающих должно сказать, что 50 копеек в те года было внушительной суммой даже для ростовского подростка). Мать удивленно посмотрела на меня, отец хмыкнул, но разборов не последовало и мне выделили полтинник.
В храме было тускло, таинственно и немного страшно. Непонятно откуда слышалось стройное пение и отовсюду мерцали огоньки свечей. Я тоже купил целых пять штук, по пять копеек каждую. Купил, отошел в сторонку и стоял, не зная, что делать дальше. Откуда то взялась сердобольная тетенька, которая, ненавязчиво объяснила куда свечки поставить и как креститься. Затем она ошарашила меня вопросом:
- Вот скажи мне, молодой человек, Ленин был?
О том, что Владимир Ильич был, есть и будет, я с детского сада знал, но вот тут как раз и засомневался. Ничего сказать не мог. Подобного вопроса не могло ведь вообще существовать как такового.
Ошарашено смотрю на тетку и мочу. Она же, немного подождав, и видимо, по-своему, истолковав мое замешательство, добавила:
- Вот и Христос был.
(Понимаю, что данный апологетический изыск, ныне воспринимается с улыбкой, но тогда он заставил меня зарыться в книги и, в конце концов, добыть на пару дней Евангелие).

Не стоит и говорить, что я ничего не понял в той первой выслушанной службе. В памяти остались лишь множественные «Господи, помилуй!», да длинное песнопение, которое пели все окружающие.
Рядом со мной стоял мой сверстник и тоже пел. В такт со всеми и совершенно естественно, не стараясь. Просто пел.
Первая мысль насчет моего ровесника была не из лучших, типа: «А ты кто такой?». Даже раздражение появилось, отчего он может вот так, без старания, бравады и усилия, вместе со всеми, а я нет. Затем я его «зауважал» и начал придумывать версии его биографии. Версии, наверное, были сугубо диссидентского типа, так как «Голос Америки» и Би-би-си уже успели к тому времени подпортить мое школьно-комсомольское мировоззрение.
В конце службы вышел священник, с какой-то высокой чашкой, и начал кормить длинную очередь. Была и у меня мысль, сходить попробовать, чем там потчевают, но что-то не пустило. Внутри сказало: «Нельзя!».

Тут ко мне и подошла тетушка, учившая свечи ставить.
- Как тебя зовут, паренек?
- Саша.
- Александр, значит. Ну, пойдем.
И повела меня, в правую часть храма, за колонну, к окну, а там показала на большую темную икону за стеклом.
- Смотри, это твой небесный покровитель.
- Кто? – не понял я.
- Святой Александр Невский. Князь благоверный – ответила тетушка и отошла.
Таких потрясений у меня в жизни немного было. Я смотрел на Александра Невского о котором столько читал и, казалось бы, все о нем знал, с изумлением и страхом. Он «святой» и в церкви его икона!

Именно тогда началось воссоединение прошлого, настоящего и будущего, затем понимаемого, как «горнего» и «дольнего». Время начало иной отсчет. И если бы из храмовой глубины, ко мне навстречу, вышли Дмитрий Донской, Александр Суворов, и даже Кутузов с Наполеоном удивления бы не было.
Христа я вряд ли бы среди них увидел, Он позже появился, когда готовность Его встретить пришла. Хотя Он и тогда рядом был…



на фото вид собора Рождества Богородицы Ростова-на-Дону в 70-е годы
Tags: Ростов, воспоминание, православие, собор, храм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments
Помню Ростовский Собор по 1986 году. Ездил от литературоведческого журнала "Детская Литература" на местный полиграфический комбинат, знаменитый своими детскими книжками-раскладушками. Поговорил с официальными лицами в дирекции, а потом во время "экскурсии" по цехам нарвался на менее высокопоставленных сотрудников, они мне тоже на диктофон наговорили своё вИдение положение дел на комбинате. После отправился гулять по городу и пошел в Собор с выгоревшими зелеными куполами. Помолился. Затем гулял по безлюдной набережной Дона: дул сильнейший ветер. Помню, из какого-то озорства вслух прочитал молитву "Да Воскреснет БОГ..." и осенил Крестным Знамениев стороны света, верх и низ. Вихри внезапно утихли, даже рябь с Дона ушла... В поезде оказался в купе с каким-то мистиком-эзотериком, который всю рассказывал мне про ёгу и каких-то посвященных, которые группой на глазах моего собеседника своими камланиями разгоняли непогоду. Слушал-слушал его и уже перед самой Москвой рассказал о своем случае с молитвой "Да Воскреснет БОГ..." на Ростовской набережной. Тот был шокирован и уже на перроне записал адрес Псково-Печерского монастыря, как туда проехать. Не знаю, отвлекся ли он потом от своей эзотерики или нет, но я свою "миссию" относительно него считал исполненной. Вернувшись в Москву, написал от автора нейтральный репортаж о комбинате, но включил в него как интервью начальствующих лиц, так и суждения рядовых сотрудников... Тогда ещё "перестройки" не было объявлено, говорили только об "ускорении" и "госприемке", но лихие перестроечные ветры уже задули... Однако главный редактор журнала Сергей Михайлович Алексеев, известный тогда всему Союзу автор детских книг о Ленине, моим репортажем был "потрясен": "Разве так можно?!" Предложил мне убрать критические высказывания. Я ни в какую: тогда убирайте мою подпись. А номер готовился "молодежный", с краткими биографиями молодых авторов, и материал под псевдонимом выбивался бы из общего строя. Меня главред совестил: деньги на командировку потрачены!!! А я ни в какую... В общем номер вышел без моего материала. Обида на меня от главного была великая, но потом прошла, он не злопамятный был... А через год или меньше начальство полиграфкомбината сменили: я свой материал прямо из редакции "Детской Литературы" с сопроводительным письмом отправил председателю Госкомпечати, знакомому моего Отца... Глупый был, озорной... Следующий раз в Ростове-на-Дону был только на Успение ПРЕСВЯТОЙ БОГОРОДИЦЫ 2014 года - сразу после двухнедельной командировки на Донбасс с фотографом Валерием Архиповым. Собор тогда уже сиял золотыми куполами.