?

Log in

No account? Create an account

Забанили...

Facebook вторично закрыл мне доступ на трое суток из-за давнего моя поста о "лицах нетрадиционной ориентации".


Безобразие...
И альтернативы этому ресурсу серьезной нет.

(Лк. VIII:26-39)
                               

Если свиньи хорошо растут, с успехом продаются, доход ощутимый приносят, то какое мне дело, что где-то там за городом или на соседней улице бегает какой-то больной, с криком «Помогите!»?
Мне утром надо рано подняться, теплой воды поросятам мелким дать, дерьмо у больших свиней убрать, варево для всей хрюкающей живности сварить, затем, накормить, на базар за комбикормом сбегать, за хряка для свиноматки договориться, жену с мясом на рынок отправить, а после обеда двух кастрированных боровов и одну свинью в центнер веса зарезать.
Шкуры снять, мясо промыть, кишки под колбасу приготовить и так до вечера…, даже свежанины не попробуешь. Некогда.
Так что я понимаю жителей страны Гадаринской. Пришел какой-то Незнакомец неизвестно откуда, в городе не показался, а на кладбище живущего сумасшедшего исцелил, который в припадке и убить мог. Это, конечно, хорошо, что теперь к могилкам на Пасху можно без опаски ходить, но почему из-за этого бесноватого свиньи, рядом пасущиеся, в пруд поперлись и захлебнулись там?
Бесы, говорят, из этого больного на голову вышли и свиней в пруд загнали.
Вы, хоть раз в жизни этих бесов видели?
Вот и я не видел. И никто из моих друзей свинарей не видел.
Так что правильно попросили этого Незнакомца уйти подальше, без него спокойней и сытней.
Какой толк от этого исцеленного? А детей кормить надо, на старость накопить, дом побольше построить…

Мой приход - читающий

мое интервью на сайте Издательского Совета РПЦ

Книга протоиерея Александра Авдюгина «Отец Стефан и иже с ним», вышедшая в издательстве Сретенского монастыря, стала победителем в номинации «Лучшее художественное произведение» конкурса изданий «Просвещение через книгу»



Как Вы стали священником? Как Вы стали писателем?

Эти те два вопроса, которые ввергают меня в серьезный ступор. Ответить однозначно и четко, типа «Господь привел» и «Бог даровал» (а это именно так), значит некорректно отнестись к тому, кто спрашивает и желает услышать последовательный рассказ, как бывший инженер пришел к Престолу и начал сочинительством заниматься. Но любой жизненный шаг имеет массу понимаемых и пока не понимаемых причин, следствий и предпосылок, разобраться в которых и мне непросто, а изложить вкратце, конкретно и четко вообще невозможно.

И все же есть главное, без чего было бы неисполнимым ни первое, ни второе: к священству привели меня книги, к серьезным занятием литературой – священство. И первое, и второе было бы невозможным, если бы Бог не благословил мне встречу с именно теми людьми, которые с любовью, подсказками и ненавязчивыми наставлениями взяли под руку и повели… Помните, как при рукоположении возглас «Повели!», так и в жизни.

Read more...Collapse )

Невольно вспомнил "Письма Баламута" Льюиса, где он советовал своему племяннику Гнусику, для достижения цели, подопечным людишкам всякие ненужные факты подбрасывать, а от главного отвлекать... Так и у меня. Второстепенное в последние дни было "на виду", а нужное не заметил.
Вот главное последних дней сентября!
Удивительные слова и мысли!
автор: протоиерей Игорь Рябко



"Когда в Церкви покой, то это для нее, пожалуй, самое страшное время. То, что мы переживаем сейчас, – это, на самом деле, процесс роста и возмужания.

Почву под ногами христианина можно сравнить с болотом. Нам необходимо постоянно трудиться, двигаться вперед, ведь если стоять на месте, то можно гарантированно утонуть. Сам того не замечая, христианин будет опускаться все ниже и ниже, пока не захлебнется в собственном окамененном нечувствии. Таково свойство времени покоя. Это касается как мирян, так и духовенства. Внутри все незаметно прокисает. Скрипит, как старая половица, утреннее и вечернее бездушное молитвенное правило. Скрипит не смазанная благодатью душа, а потом умирает, как чахоточная старуха.

Ведь не зря рассвет монашества начался тогда, когда православная вера стала не только дозволенной, но и желанной. Когда вместо рычания зверей в римских театрах и крови мучеников стало бряцать золото в кошельках архиереев, а выгодные зарплаты клириков стали привлекать на церковные должности людей, которые готовы были вприпрыжку бежать за Христом, но совсем не ради самого Христа. Тогда кровь настоящих христиан стала литься бескровно в пустынях Египта и Сирии, а подвиг распятия плоти со страстями и похотями заменил собой подвиг мученичества и исповедничества. От брака государства и Церкви всегда рождаются уродливые дети – это закон, данный на все времена.

Другое дело, когда градус создаваемой в обществе антицерковной истерии становится таковым, что в Церкви могут остаться только те, кто ставит свою веру в Бога выше любых других жизненных приоритетов. Церковные приспособленцы и карьеристы, те, кто ищут в Церкви выгоды, денег, известности, почитания, кто любит «председательствовать на собраниях» и «чтобы люди о них говорили хорошо», постепенно уходят туда, где они этих целей могут достигнуть. Т.е. в такое время Церковь очищается от всего ненастоящего, что в ней есть.
И это здорово. Христос четко обозначил парадигму взаимоотношений мира и Церкви: «Меня гнали и вас будут», «Меня мир ненавидел и вас будет ненавидеть» и даже «убивая вас, будут думать, что делают дело, угодное Богу». Как только мир начинает нас любить, мы сразу же перестаем быть рабами Христа и становимся рабами мира, а это и есть самая страшная подмена в жизни.

Смотря на свой домашний иконостас, я не вижу на нем ни одного человека, который прожил бы благочестивую «застойную» жизнь и вошел бы в мир Света. С каждой иконы на меня смотрит или мученическая кровь, или бескровное мученичество. Алгоритм «работы» диавола с Церковью нам хорошо известен. Он до наивности прост и потому черзвычайно эффективен. В первые времена христианства сатана кричал в тогдашних «СМИ», что «христиане – развратники и каннибалы», что «они на тайных собраниях режут младенцев, пьют их кровь и потом блудят».

Конечно же, как за такое не отдать христиан на съедение львам в амфитеатр. Сто лет назад сатана тоже учил, что христиане – это «реакционное духовенство», «пособники империализма» и «враги революции». Ленина, по воспоминаниям современников, буквально трясло от одного упоминания о Церкви и Христе. Через пару десятков лет духовенство расстреливали «за связь с контрреволюцией», за «работу на иностранную разведку», за «организацию сговора с целью свержения советской власти» и за «пособничество западным спецслужбам». На дворе двадцать первый век, а аргументы у сатаны все те же. «Агенты Кремля», «работники ФСБ», «пособники агрессора». Пластинка та же и почерк узнаваемый.

Но настоящие христиане жили, живут и будут жить только одним – Христом и Евангелием. Их, конечно же, можно оклеветать, убить, посадить в тюрьму, как это уже было не раз в истории, но они будут продолжать любить Бога, Церковь и свою Родину. Потому что, как и Бог, она у нас одна.

Время гонений – лучшее время жизни Церкви. Тогда для спасения достаточно одного – просто быть верным Богу и нашей Матери-Церкви. На самом деле, все в этом мире очень, очень просто. Потому что сам Бог прост. В мире есть Добро и Зло. Есть Вселенская Любовь и есть такая же ненависть. Спаситель дал нам заповедь любви. Все, что несет в себе любовь, свет, добро, милосердие, сострадание, так или иначе, берет свое начало в Боге. Потому что Он Добр. Все, что несет в себе ненависть, разрушение, войну, призыв к убийствам, жажду смерти – берет свое начало в аду, независимо от того, в какие одежды мотивов и намерений сатана свое зло облекает. Наше истинное гражданство – это Царство Божие, и нужно приложить много усилий, чтобы получить там вечную прописку.

То, что мы переживаем сейчас, это, на самом деле, процесс роста и возмужания. Зона комфорта никогда не дает динамики роста. Это касается любой системы, какая бы она ни была. Рост возможен только в труде и сложной обстановке, в самых неблагоприятных условиях. Тогда открываются внутренние резервы, приобретается новый опыт, от «терпения происходит благочестие, из благочестия братолюбие, из братолюбия любовь… А в ком нет сего, тот слеп… Посему, братия, более и более старайтесь делать твердым ваше звание и избрание, так поступая, никогда не преткнетесь» (2 Петр. 1: 6-10)."


Благодарю!

Дорогие друзья! Искренне признателен и молитвенно благодарен за этот многоголосый букет поздравлений меня недостойного с очередным уже 64-ым днем рождения. Простите, что не мог всем ответить. Тому есть и объективная и субъективная причины. Дело в том, в день нашего храмового престольного дня (22 сентября), на праздничном обеде, после литургии и крестного хода, совет старейшин благочиния (7 священников, два алтарника, епархиальный секретарь и еще одно лицо регентской принадлежности) отправили меня в небольшой поселок Симеиз, что, как вы знаете в Крыму находится, с двумя заданиями. Первое - кагор надобен кагористый, второе - поправить некоторые огрехи моего личного организма....
Поэтому, выехав вечером 22 сентября из дому, через 12 часов уже был под горой Кошка, не забыв естественно полюбоваться ночным Крымским мостом.
Утром 23 сентября, то бишь вчера, планировал отвечать на Ваши пожелания и поздравления, но появился вездесущий Стас (герой моей новой повести) и все закончилось тем, что Вы видите на фото.
Спаси Вас Господи, что помните! Простите за неоперативность.



                                               
Утро понедельника пред Успением занялся бухгалтерскими делами. Решил подвести предварительные итоги поездок за медикаментами для наших маленьких и стареньких прихожан.
Итак:
- всего рейсов в Ростов-на-Дону – 11.
- на бензин, еду и прочие дорожные расходы 35 тысяч.
- медикаменты куплены, привезены и розданы на 264 000
- два тонометра для кардиологии и два в психиатрию – 5000
- памперсы для взрослых и детей 12000
- аптечки для приходов благочиния 32 тысячи.
Итог: 348 тысяч рублей.
Спаси Вас Господи, дорогие мои, что помогаете!
Стараемся на каждой службе Ваши имена поминать, вот только многие из Вас забывают их сообщить. Пожалуйста, все те, кто присылает пожертвования, сообщайте о ком надобно молиться.
С Вашей помощью великое, Богоугодное дело мы совершаем.

Преображение Господне.

                                                     

Преобразился еси на горе, Христе Боже, показавый учеником Твоим славу Твою, якоже можаху, да возсияет и нам, грешным, Свет Твой присносущный молитвами Богородицы, Светодавче, слава Тебе.

С Праздником друзья!

Господь Преображением Своим показал нам Свет новый - Свет полноты бытия. Даровал цель жизни каждому, кто верит Ему:
«праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их» (Мф. 13:43).

Событие на горе Фавор - праздник каждого. Потому что и тебе, и мне возможно преображение.
Лишь помнить надобно, что преобразиться можно только самому и как бы ты не старался преобразить другого, не получится. Помочь сможешь, а вот без его на то желания и стремления соединить с Христом не получится.
Вот такая, сугубая индивидуализма получается.
Начни этот путь к Фавору сам, и многие захотят рядом с тобой быть. Будешь "преображать" иных, в лучшем случае, останешься у разбитого корыта собственных инициатив и мечтаний, в худшем - на тебе спляшут очередные клевреты врага рода человеческого...
Вспомните, сколь много было тех, кто самостоятельно брался изменять общество, привести всех и вся к «счастью и благополучию». Итог этих преобразований печален, а часто страшен и трагичен.
Нельзя приступом взять бастион Православия и по протестантскому принципу объявить себя святым, как и не приведет к вершине лишь строгое соблюдение отеческих преданий и постановлений Соборов.
Каждый из нас неповторим и тропинка у него своя, личная.
Неофитство закончится лишь тогда, когда поймешь, что твой путь к Фавору будет до последнего вздоха нелегким, но это постепенное преображение собственного «Я» обязательно будет приносить духовную радость.
Посмотрите на светлые лица наших прихожан. Все преткновения века сего их не обошли, нет таких горестей, которые бы они не испытали, но глаза блестят светлой радостью, а с прихожанок в светлых платочках хоть Василис Прекрасных пиши…
Каждому дана возможность преображения, нужно лишь собственное решение, желание и верность своему выбору. И тогда обязательно воскликнем: “Господи! хорошо нам здесь быть!” (Мф. 17:4)

                                       

Скоро Преображение Господне. Очень скоро. Послезавтра.
Любое церковное торжество окружено традициями благочестивыми, радостью духовной, утверждением в вере и… суевериями.
Поэтому, считаю необходимым, опубликовать основные Правила для второго (яблочного) Спаса, то бишь, Преображения Господня.

1. Не надо выгонять их дома жену, свекруху или тещу, если кто-то из них съел до Преображения яблоко. Никакого греха Евы, праматери нашей, они не совершили, тем более, что Ева вообще не яблоко ела, а «плод» (см. Библию).
2. Мух в день Преображения можно гонять, уничтожать, травить и хлопать мухобойкой, как на себе, так и в окрестностях. Никакие желания, если Вы позволите мухам на себя садится, и беспрепятственно по себе ползать, не сбудутся. Получите лишь дизентерию.
3. Не надо в ночь на 19 августа кружится вокруг яблони с мечтой о деньгах, машине, женихе или об отпуске на Багамах. Тщетно. Да и с разбитым лбом и коленками, как то неуютно будет на службе преображенской.
4. Нет смысла вкушать в преображенскую полночь множество яблок, чтобы ваш кошелек пополнился пропорциональными тысячами от количества съеденных плодов. Зачем вам понос в праздничный день?
5. Огрызок от съеденного освященного яблока можно выбросить туда, куда вы бросаете все огрызки. Не надо его вместе с черенком съедать, у вас и так желудок к язве предрасположен, да и кишечник не луженый.
6. Адама и Еву выгнали из Рая не за то, что они яблоко до Преображения сгрызли, а потому, что они решили богами стать.
7. Говорить (совершать) заговоры в день Яблочного Спаса, которые помогут наладить отношения в семье, подарить здоровье и молодость можно лишь в том случае, если вы в Бога не верите, икон дома не имеете, в церковь не ходите.

и последнее… без нумерации и агитации:
- Яблоки, сливы, виноград и груши – освящаем, остальные яства сами дома благословим, не забывая, что Успенский пост никто не отменял. И помним, что благословляет нам Господь в этот день плоды для нашего здравия на пути к собственному преображению.

На Православии.Ру спросили:
Каким должен быть информационный пост современного христианина?
Ответил.

Если можешь словом «надо» победить глагол «хочу», то никакое СМИ не навредит

Протоиерей Александр Авдюгин:



– «Успение – ума прозрение» – именно так в народе говорили, вкладывая в это определение не только величие трех Спасов и само неповторимое чудо Успения Богородицы, но и все наши личные приобретения за месяцы от Пасхи до осени.

Разве не так?

Разве не считаем мы по осени собственных «цыплят», которые в результате летних трудов появились? Сколь не говори о плодах творческих, молитве услышанной, семейном благополучии в тихие зимние вечера, вьюга, которая «мглою небо кроет, вихри снежные крутя», не превратится в «мороз и солнце, день чудесный», если летние дни были бесплодны. Потому что – как потопаешь, так и полопаешь, а топаем, то есть делами занимаемся, мы больше всего (даже при наличии летнего отпуска) весной и летом.

Православие многогранно, причем граней этих, по мере взросления духовного и физического, все больше становится. Мирской человек до дня нынешнего так и не понимает, отчего мы радуемся, когда Успение празднуем. У виска пальцем крутит.

Казалось бы, все понятно, ясно и прекрасно. Но, как всегда, исполнение многократной просьбы Христа «Радуйтесь!» и апостольского призыва «Всегда радуйтесь» (1 Фесс. 5,16) наталкивается на неукоснительные требования, в среде нашей бытующие: запретить, не смотреть, не читать и выключить, ибо все СМИ вкупе с Интернетом есть прилог греха, залог прегрешений, возбудитель страстей и дорога к порокам.

Сам Святейший вместе с двумя митрополитами – Илларионом (Алфеевым) и Тихоном (Шевкуновым) – рассказывают нам о Церкви, посте и грехе по телевидению; «глаголом жжет сердца людей» эрудированный и эпатажный отец Андрей Ткачев; раскладывает все по полочкам мудрый протоиерей Дмитрий Смирнов вкупе с сладкоречивым батюшкой Артемием Владимировым на православных телеканалах, в Интернете и по радио. Но все едино, практика «убрать, запретить и выключить» применяется и внедряется. И не только на уровне приходов…

Ты сам выбираешь и анализируешь, что полезно, а от чего надобно воздержаться

Постовые ограничения в пище и развлечениях, безусловно, нужны и необходимы, но стены этих запретов лишь справа и слева располагаются, от внешнего греха защищают, а вот вектор вверх, к Небу, в пост открыт, впрочем, как и вниз тоже попасть можно. Если можешь словом «надо» победить глагол «хочу», то никакое СМИ, во всем его многообразии, тебе не навредит. Ты сам выбираешь и анализируешь, что полезно, а от чего надобно воздержаться. Не получается? Храм недалеко, там священник есть. Посоветуйся. Обсуди и реши.

Сможешь это сделать – и смерть Девы Марии обязательно преобразится в Успение Пресвятой Богородицы, а золотая осень только для тебя «отговорит березовым веселым языком».



                                     

Завтра Евангелие от Матфея читается. О том, что жена с мужем «плоть едина» и о запрете развода от дури в голове своей. Этот отрывок из 19 главы даже неверующие знают, а вот на последние слова этого зачала: «Кто может вместить, да вместит» (Мф.19:12) – не все внимание обращают.
А надо бы.
До дня нынешнего бытует и утверждается мнение о стаде православном, в котором всё должно быть по чину, по правилу, по канону, по указанию. Шаг вправо и шаг влево – анафема на месте. Это стремление к «одинаковости» убивает личность человека, заставляет его вернуться в ленинскую парадигму «винтика» и «шурупика» или в сталинское понимание - «незаменимых нет».
Как то забывают сторонники всеохватывающего «единообразия», что когда то Господь стадо оставил и пошел в непогоду отставшую овечку искать. Забывают, что каждый человек неповторимое сокровище, который покаявшись и причастившись вообще драгоценностью становится…
У каждого своя мера, как и только свои глаза, и только собственные отпечатки пальцев. Вместить столько можешь, сколько благословлено свыше. Не надо всех усреднять, равнять и штампировать.
Вот это тогда получится:



Где-то так.

                                               

к завтрашней проповеди
Помните, когда Господь спросил у Адама «не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть»? На что уже согрешивший Адам тут же ответствовал: «жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел» (Быт.3:12), то есть, по сути, предок наш на Бога всё и взвалил. Мол, не причем я здесь, это Ты жену мне дал, она меня и совратила.
Века изменили землю, добавили знаний ума человеческого, но в той же поре первозданного Адама осталась душа наша. Отсюда и крик по всей Вселенной: «Не виноватая я, он сам пришел».
Здесь вспоминается рассказ из Патерика:
Один старец мысленно осудил брата. Ночью слетел к нему ангел, неся душу осужденного. «Брат, которого ты осудил, умер, — говорит Ангел. — Господь спрашивает тебя, куда низвергнуть его душу за тот грех, за который ты его осудил вчера?» Тогда понял старец свое жестокосердие.
Всего лишь мысленно осудил, причем грешника и столь высокая расплата, а как же быть, когда мы обвиняем тех, кто невинен, кто просто оболган или не понят? Здесь ситуация бумеранга, то есть твое обвинение невинного, к тебе же и возвращается. Ведь каждый из нас предполагает в ином, только тот грех, на который способен сам, который присутствует в «букете» собственных прегрешений. Лгать начинают тогда, когда видят ложь, как и чужое берут лишь в том случае, если пример воровства в одном доме с тобой живет.
Поиск врагов – самый простой способ ухода от личной ответственности. Причем, этот поиск происходит практически постоянно, начиная с раннего утра, когда вину за пропавший у кровати тапок мы сваливаем на кота, забыв, что ночью сами пнули данный тапок подальше и, заканчивая, вечером, когда причину недочитанных молитв на сон грядущим находим в затянувшемся от рекламы телесериале.
Понятно, что легче жить, при наличии реального или виртуального обидчика. Срабатывает утешительное утверждение: «Сделал бы, кабы не это ….». Далее, вместо многоточия вставляйте причину или, как у православных заведено и принято, под всё и вся готовое слово «искушение».
Смею утверждать, что именно поиск очередного вредителя и есть причина всех негораздов семейных и нестроений государственных. Отрицание своей собственной греховности, постоянное оправдание личного «Я» ликвидирует в человеке творческое начало, закапывает в землю его таланты, которые, как известно по определению евангельскому, надо преумножать.
Такое безобразное отношение к Божьему началу отдаляет от Христа, и срабатывает вышедшее из Библии утверждение: «свято место пусто не бывает». Эту пустоту занимает тот, кто изначально противится добру, любви, человечности. Естественно, что имея такого «хозяина» много не настроишь, ни в душе, ни вокруг ее.
Тот, кто научился всегда находить причину собственных поражений, в ком угодно, только не в себе, уподобляется филатовскому царю возглашавшему:
Где не плюнь, куды не ткни, -
От министра, до родни –
Все сплошные вольнодумцы,
Все вредители одни…

Но ведь сказка та печально для царя закончилась.
Намного серьезней предупреждает Евангелие тех, кто не приносит плода, кто ищет не возможность сделать, а причину недалания: «…ибо всякому имеющему дастся и приумножится, а у неимеющего отнимется и то, что имеет; а негодного раба выбросьте во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов». (Матф.25:29-30).
Во времена не столь давние, в Оптинском монастыре преподобный старец, на долгие сетование одного из паломников на плохих людей и неудачные обстоятельства сказал: «Смотри на себя, и будет с тебя»…
В этих словах весь смысл нашего телесного и духовного существования, здесь путь и к спасению и к благополучию. Да и не надо забывать, что Господь попускает горести, болезни и нестроения для нашего же совершенствования.
Поэтому, прежде чем в очередной раз искать виноватого, давайте вспомним слова поэта: «Ты повернул глаза зрачками в душу, а там повсюду пятна черноты».
                                             

В классе 8-ом (или 7-ом?) в обыкновенной советской школе мы «проходили» Лермонтова.
Печорина я терпеть не мог, потому что он бросил Бэлу, обидел Максим Максимыча, издевался над Мэри, не слушал Вернера и застрелил Грушницкого.
Исходя из антипечоринского настроения, я не соглашался ни с учебником, ни с Марией Ивановной (наша учительница по литературе с удивительной фамилией – Комиссарова) в их определении данного типа, как «главного героя».
Герой, в моем тогдашнем понимании, должен быть силен, мужественен, иметь много друзей и всегда их защищать. В отношении чувств героя к женщинам всё было для меня изначально ясно и понятно: они должны были быть только такие, какие были у меня к Наташе С., в которую я был влюблен с пятого по десятый класс. Взаимно, между прочим.
Так что, когда в конце «прохождения» Михаила Юрьевича было задано сочинение о особенностях главного персонажа лермонтовского «Героя нашего времени», героем мной был выбран Грушницкий. Не помню, какие аргументы в своем школьном опусе я приводил в защиту данной серой, невзрачной шинели, но вывод был один: Печорин и сам Лермонтов есть личности, которые обижают беззащитных, обманывают всех, кто ниже их по званию и положению, и терпеть не могут бедных. Вывод соответственно делался четко в парадигме социалистического реализма: таким не место в нашей действительности!
Критического разбора от Марии Ивановны я не дождался, хотя все три дня до следующего урока литературы с нетерпением и некоторым трепетом его ожидал. Она, своим красным карандашом, лишь исправила ошибки, определила на место запятые и не поставила никакой оценки. В конце сочинения лишь стояла большая жирная красная точка. И еще был взгляд учительницы, когда она отдавала мне мою тетрадь. Взгляд с комментарием:
- Господи, чего же это из тебя получится?
Вот, получилось, Марь Ивановна. Вы уж меня простите.
Я эту жирную точку и Ваш взгляд всё чаще нынче вспоминаю.
Почему?
Да потому, что Печорины нынче кончились, сплошные Грушницкие кругом…

                           

Приходится вновь писать об этом в наших городских СМИ и в соц.сетях. Ибо чревато...

Дорогие друзья, братия и сестры!
Есть серьезный повод обратиться к Вам, и в социальных сетях вездесущего Интернета, и на странице городской газеты.
Дело в том, что в наших шахтерских городах и поселках вновь появились всевозможные «целители» и знахари, которые не только уводят, попавшихся им доверчивых людей, от веры и Бога, но и элементарно их обворовывают, забирают последние деньги и драгоценности, вкупе со здоровьем.
Происходит это обычно следующим способом.
В больнице или поликлинике, на рынке, на скамейке у дома и т.д. с тобой знакомится неизвестный человек (обычно женщина вполне приличного вида). Сочувственно и внимательно выслушивает все твои стенания, вздохи и жалобы (а у нас их сейчас превеликое множество), узнает подробности твоей семейной жизни, твое имя, имена твоих детей, внуков и родственников.
С тобой слезоточиво попрощаются, пожелают помощи Божьей, здоровья и успехов, расскажут какую-нибудь похожую историю из «собственной жизни» и удаляться, оставив тебя в умилительном состоянии, что не перевелись еще хорошие люди на земле нашей.
Они, люди сердечные, добрые и сострадательные, слава Богу, действительно не перевелись, но всегда будут встречаться и те о которых мы просим в нашей главной молитве «и избави нас от лукавого».
Не призываю быть подозрительными ко всем и вся, а вот о внимательности и осторожности при встрече с неизвестными, как бы прекрасно они не выглядели нужно обязательно помнить. Как среди зерен и плодов вырастают сорняки и лопухи, так и среди «говорящих красно», есть те, для кого ты лишь объект их личного обогащения и нечестного заработка.
Дальнейшее развитие сюжета элементарно и стандартно. Пройдет немного времени, может быть, даже день-два и тебя встретит совершенно незнакомая личность, которая назовет твое имя, твой возраст и твои проблемы. Затем последует четкое и категоричное: «На вас порча, вас сглазили» или неизменное наше родное - «вам пороблэно». Естественно, тут же будет предложено ликвидировать страшное «проклятие», за определенное вознаграждение, которое избавит вас, как от денег, так и от Бога.
Почему от Бога? Да потому что не существует в мире и никогда не существовало сглаза и порчи. Они появляются только тогда, когда вы в них поверите. Об этом еще евангелист Матфей сказал «по вере вашей да будет вам» (Мф. 9:19). Поверив в существование сил «сглаза» и «порчи» вы тут же отступаете от Бога, прогоняете Его и даже, если обращаетесь к Нему в молитве, то ответа не будет, так как нельзя служить Богу и мамоне.
Прислушайтесь к старцу великому, преподобному Макарию Оптинскому: «Когда с человеком беда случится, он не переносит ее с терпением, а на других злобствует. Кто много думает о колдовстве, то и вправду от своей думы при попущении Божием беду может получить. Поверит человек, что на него колдун болезнь наслал, начнет беспокоиться и заболеет. Для истинного христианина не страшны наговоры, порчи, потому что не дано от Бога власти колдунам и ворожеям».
К сожалению, слишком велика когорта тех, кто обращается к Богу только два раза в жизни, да и то несамостоятельно: крестятся в возрасте младенческом и отпеваются в состоянии покойницком. Они обычно и являются клевретами лукавого, верующему во всю «чертовщину», которую он придумал.
Использование «целителями» и знахарями церковной атрибутики и каких-то тайных «молитв» всего лишь агитационный цирк под покровом заговоров.
Никто не сможет сделать христианину ничего плохого, если он тверд в своей вере: «верен Господь, Который утвердит вас и сохранит от лукавого» (2 Фес.3:3).
Вера в приметы, сглаз и пресловутую «порчу» лишает вас человеческого достоинства, так как человек создан по образу Божию, и делает губкой впитывающей зло для окружающих и болезни для себя любимого.
К сожалению, мы, священники, так и не смогли объяснить всем и вся, что сглаз, порча, приворот не существуют для человека православного. Они появляются только тогда, когда у нас, вместо Бога настоящего, спасающего и излечающего, лишь пресловутый «бог в душе», верящий во всю гадость, начиная с черной кошки и пустых ведер и заканчивая новоявленными «целителями», пришедшими за вашими душой и деньгами…
Простите за конкретность и нелицеприятность, но не надо отправлять себя на кладбище раньше времени, оставив своих наследников нищими…

Здесь служим и молимся.


Наш приход. Донбасс. Шахтерский город Ровеньки, ЛНР. 26 июня 2018. Утро.

                                     

Саратовский журнал «Православие и современность» в своем последнем номере решил разобраться является ли полемика в интернете искушением?
Спросили и у меня.

Становится ли участие в общественной полемике искушением для вас как для христианина?

Протоиерей Александр Авдюгин, настоятель храма во имя святых Богоотец Иоакима и Анны в Ровеньках (Луганская Народная Республика):

Не столь давно на местном ТВ в Луганске в утренней программе меня спросили: что делает по утрам среднестатистический священник, и я конкретно. Причем ведущий, предваряя ответ, начал:
— Вот, вы встаете, умываетесь, молитесь, а потом что?
Пришлось немного эту стандартную последовательность нарушить, так как у меня после умывания следует проверка почты и просмотр ожидаемых писем и сообщений, а уже затем молитва. Почему так? Потому что если я помолюсь, а затем проверю почту и прочее, что за ночь стеклось в почтовый ящик, то молиться нужно снова.
Действительно, интернет-дискуссии для священника — это самовольное хождение в комнату смущений, искушений и соблазнов. Это раньше — идешь к Преосвященному и просишь у него благословения на участие в каком-то форуме, приблизительно православном. Нынче иначе. В соцсетях уже по умолчанию быть благословляется, e-mail обязателен, а наставления, как себя вести в интернетпространстве не только от местных архиереев, но и от самого Патриарха, регулярны и конкретны.
Не могу сказать, что владею какой-то новой методикой выхода из того состояния, в которое приводит меня прочитанное и увиденное; что мне совсем несвойственно желание хотя бы виртуально поколотить слишком назойливого собеседника или бескомпромиссного оппонента. Но у православного (тем паче священника!) есть одно неоспоримое преимущество — он молитвы знает.
Прочел внимательно, не торопясь и вдумываясь, молитву, смотришь, и уже пред тобой не реинкарнация рогатой сущности с университетским образованием и апломбом «поставить всех попов на место», а личность ищущая; что за едким пафосом и занудством кроется желание что-то понять. Конечно, есть люди, пришедшие в дискуссию или полемику с одной-единственной целью: оскорбить, грубостью обратить на себя внимание, но они, во-первых, редки, а во-вторых, работает принцип «не трогай тролля, он сам испарится».
Главное — для себя лично решить: с какой целью заходишь в Интернет? Если только для того, чтобы что-то рассказать, попросить
помолиться или узнать все-таки, какие грехи на Таинстве соборования прощаются или вообще не прощаются никакие,— тут все просто и понятно. Православный Интернет все это решает. Но если ты врываешься в социальную сеть с желанием обличать, расставлять приоритеты и «выводить на чистую воду»… то лучше
все же о приходском коте рассказать или интересной ссылкой поделиться.
От обличения до осуждения дистанция столь мала, что ты можешь не заметить, что превратился уже из священника в прокурора без конфессиональной принадлежности.
Разъяснять, объяснять, рассказывать, или, говоря нашим языком, свидетельствовать — это, как мне кажется, главная цель пребывания в Интернете для православного человека и священника.
Есть табу. Там, где откровенное кощунство, делать нечего; туда, где политический раздрай, ходить точно не надо. Кощунников не переубедишь, а политические разборки — это и смущение, и осуждение, и откровенный грех. Как сказал один из апологетов: о политической позиции священника может знать только избирательная урна.
Священник в Интернете и в соцсетях нужен. Только идти туда для того, чтобы «себя показать», не следует, а вот свидетельствовать об Истине — это очень даже полезно.


Всю тебя, земля родная,
В рабском виде Царь небесный
Исходил, благословляя…

Тютчев

18 лет назад написал я эти размышления в городскую газету. Тогда, в 2000, об этом еще можно было говорить спокойно, затем, с первого десятилетия двухтысячных, подобные слова и мнения стали нежелательны. Сейчас, слава Богу, о русском, русскости и Руси Святой у нас уже думать, рассуждать и писать не возбраняется...

Слово к неделе всех святых в земле Русской просивших
(2000 год)

Задумал Бог под видом старичка сойти на землю и посмотреть, как живут люди, богатые и бедные. Постучал Он в большой и красивый дом. Дверь открыл хорошо одетый, пышущий здоровьем мужчина. Старик попросился переночевать, но тот отказал из-за недостатка места, прогнав за порог: «Иди от моего дома!»
Отправился тогда Бог к самой бедной лачуге. Открыл Ему такой же, как Он, старик и пригласил в дом. Приготовив скудную трапезу, старик со старухой попросили гостя разделить с ними ужин. Утром Бог спросил их, чего бы они хотели иметь в своей жизни: «Просите, все будет по вашей воле». Они ответили: «Мы старики, ничего нам уже не надо. Хотим только умереть в один день и час». «Да будет по-вашему», - сказал Бог. – Когда придет ваше время, выходите на площадь вдвоем и обнимитесь крепко».
И это время настало. Вышли они на площадь и изо всех сил прижались друг к другу. Сверкнула молния, ударив в то место, где стояли старики. Расщепилась земля, и выросло тут оливковое дерево, которое по форме напоминало обнявшуюся пару.
Это притча, но есть и быль.

Господь когда-то избрал еврейский народ, как общность, чрез которую будет исходить Его воля, Его Откровение. Богоизбранность – дар, который можно по нечестию и греховности утерять. Так и случилось. Прогнали Бога с земли обетованной, как и в притче, богатый прогнал бедного старика.

Божьим словом – земля живится. Впитала это Слово земля Русская. Приняла она Бога из многих мест и стран гонимого и не только приняла, а и окрестилась «Во Имя Отца, и Сына, и Святаго Духа». Племена славянские, милостью Божией, чрез разорения, раздоры и горести стали Русью Святой, Третьим Римом.

Удары врагов, молнии несчастий и стрелы бед претерпела она нерушимо, потому что обнявшись крепко-крепко стояли вместе три народа, три равноправные истины – народ русский, народ украинский и народ белорусский. Распростер над ними Христос крону Своей благодати, Своей Защиты.

Широта душевная, забота духовная и любовь всепрощающая – это отличительные черты любого их трех. Материальное богатство, стремление к комфорту и неге никогда не были, и не будут, нашей чертой.

Скажите, где еще в мире вы могли бы увидеть бедные селенья, разбитые дороги, неказистую одежонку и храмы Божие, поражающие своей красотой и богатством? «Не хлебом единым жив человек». Тем паче человек русский. Да и когда обычно у нас строятся храмы Божии - в годы разорений и кризисов. Значит, уповаем мы на Бога, на Его одного надеемся.

Порушили мы крону защиты Божией, оголили, заступничество Пресвятой Богородицы годами безбожия и раскололся ствол. С болью, треском рвущейся живой плоти растянули единое целое в три разные стороны и держим-держим, схватившись, каждый за свою часть, не даем соединиться и обняться. Теперь любая гроза – беда, каждая молния – несчастье.

И кто держит? Те, кто без роду и племени, кто знает различия, но не видит единого. Да и не различия это вовсе, а особенности каждого. Как супруги не различны по полу, характеру и виду, а все знают, что «Муж и жена одна …»

Силы наши распыляем на дела ненужные и безбожные. Вот недавно, чуть новый раскол церковный не сотворили, наслушавшись басен о налоговом номере. Вопль бесноватых женщин и неизвестно откуда взявшихся «старцев» приняли за «откровение», а спокойный рассудительный голос всей полноты Церкви Православной отвергли.

На что себя тратим, православные? Кому уподобляемся? Под этот искусственно созданный вопль «Спасайся, кто может», нас тихой сапой лишили национальности. Откройте новые паспорта. Кто мы теперь? Иваны и Остапы не имеющие родства, серая и однородная «общность».

Почему это произошло? Виноватых искать – себя обелять, но все же:

Из заморских стран едут нехристи
И с собой везут нравы срамные,
Всем заморским Русь заполнили,
Так, что духу нет православного.


Знаем откуда нечисти на земле нашей прибавилось, каким ветром занесло ее на нашу сторонушку.

Расщепили ствол, растянули в стороны разные, но вот вырвать - не получится, ибо Русь мы – кондовая, коренная, а корень то - цел. У него и трехсотлетнее иго басурманское хватило силушки пережить и выстоять, а уж «инородцев», из нашего племени вышедших, но другому поклоняющемуся – переживет.

Все мы дети Руси Святой и Бог поругаем, не бывает. Все вернется на круги своя. Не в силе Бог, а в правде. Врозь мы не народ, а народности. Надо до конца договаривать известную поговорку об одном в поле воине. Она, в действительности, звучит так: «И один в поле воин, коль по-русски скроен». Пора понять нам грешным, что расколы и нестроения привнесли нам те, кто отверг Спасителя, кто гордыней и ненавистью своей оскверняет сегодня Святую землю, а к нам, в последний удел Пресвятой Богородицы, привносит ереси, злобу, разделения и нестроения.
* * *
Впустили мы Бога в дом свой, ведь душа каждого – храм Божий. Накормили Его - исповедью раскаяния. Уложили отдыхать - нашим обещанием не творить более, непотребное, поэтому - выполнит Он наше желание быть во веки вечные, обнявшись, вместе, под единой кроной Его благодати.

Есть еще на земле сыны русские,
Православную веру хранящие.
Сколько мучеников, исповедников
Под Престолом стоят Вседержителя,
День и ночь умоляют с Пречистою
О родной стороне, об Отечестве.
И пока в Церквах Божиих молятся,
Панихиду не правь по Святой Руси.


С Праздником Всех русских святых!

Баба Марфа



написалось

Небольшой флигелек, где жила бабушка Марфа, под горой расположился, в самом конце села. Гора, конечно не кавказская и даже не уральская, но от холодного северного и мокрого западного ветров всегда прикрывает, так что огород у Марфы ранний. Кто-то еще пропалывает картошку да с колорадской нечистью борется, а бабуля уже потихоньку урожай собирает и в подвал складирует. Подвал же у нее особенный. Не вглубь в землю вырытый, а в бок горы входящий, как штрек шахтерский. Никаких лестниц не надо.

Среди сельской ребятни до нынешнего дня уверенность пребывает, что из того подвала на другую стороны горы, к пруду тайный ход есть. Может быть, и был лаз сквозь гору, но теперь утверждать уже трудно. Когда бабу Марфу во время донбасской войны дети к себе забрали, обвалился свод горизонтального погреба. Не проверишь.

Марфа в селе была персонажем известным и можно даже сказать – знаковым. Известным потому, что всю жизнь тут жила, всех знала и пару дюжин младенцев, как крестная мать, во времена советские и сугубо атеистические смогла окрестить у единственного на всю округу священника. Всех своих крестников по именам помнила, следила, чтобы каждый из них «Отче наш» прочитать мог и крестик на шее носил. Знаковость же бабы Марфы заключалась в том, что она «на дух» не переносила всех тех, кто пьет, выпивает или домашнее зелье изготовляет, что, как вы понимаете, великая редкость в наших весях.

Когда в последнюю хрущевскую семилетку деревянный храм в селе окончательно под колхозный склад отобрали, а затем по бревнышкам разобрали, Марфа только одной ей известным способом смогла приходские богослужебные книги из церкви вынести и спрятать. На все требования участкового Пашки вернуть «опиум религиозный», так как в описи церковного имущества он есть, а в наличии отсутствует, Марфа отвечала лаконично и однозначно:

– Шукай, ирод!

Затем брала стоящую всегда под рукой метлу, и тут же вокруг залихватски блестящих сапог сельского стража порядка образовывалась невесть откуда взявшаяся куча пыли и мусора. Участковый в Бога, конечно, не верил, но в том, что колдуны и ведьмы существуют, не сомневался. Да и как сомневаться, если Марфа при каждом его визите за «украденным добром церковным» всегда напоминала ему о том, о чем он и вспоминать не хотел и чего, по его мнению, никто знать не должен.

Вскоре Павла в район забрали, а в доме Марфы по воскресеньям стали женщины собираться и о «божественном» размышлять да говорить. Посиделки эти всегда заканчивались пением «псальмов». Именно так в селе называли то, что они раньше в церкви на клиросе пели. Правда, со временем клиросный репертуар обогатился народными интерпретациями и произведениями, но в умиление поющих и слушающих он приводил, на благостный лад настраивал и добрее делал. Дошло до того, что мужья своим сварливым женам иногда сами говорили:

– Ты бы к Марфе, что ли, сходила, псальмы попела, а то как мегера все бурчишь да на всех кидаешься.

Надобно еще сказать, что, как только Марфа сына родила, после первой дочки, муж ее на шахте погиб. Одна она с детьми осталась, но черный платок после сороковин сняла, одиночество свое ничем не подчеркивала и за льготы, положенные от государства, «не боролась». Дадут копейку или пару пудов зерна выпишут – слава Тебе, Господи; забудут – добиваться на шахту и в «совет» не ходила. Уважали за это Марфу. Все. Даже те, кто ее терпеть не мог из-за принципиальности в деле самогонном.

Прошли года. Власть поменялась. Колхоз развалился, и Бога разрешили. Лишь Марфа всё такой же оставалась, только морщин прибавилось да узелки на руках от забот огородных появились. Как всегда, каждое утро Марфа совершала практически полный обход немалого села по только ей известному маршруту, который менялся в соответствии с житейской обстановкой и личной необходимостью.

Если баба Марфа в летние дни в своем неизменном платье в горошек, покрытом сверху подарком дочери – пуховым платком, или зимой в дорогой, по мнению сельчан, подаренной сыном дубленке и в том же платке, но уже на голове, заходила в чью-то калитку, то на данном подворье могло быть лишь две проблемы. Первая – поздравить крестника или крестницу с событием житейским; вторая – утихомирить враждующие или скандалящие семейные стороны. Не всегда подобная сельская дипломатия на «ура» воспринималась, но, увидев бабу Марфу в ее неизменных высоких галошах с красной пролетарской внутренней отделкой летом (они у нас чунями назывались) или в тех же чунях, но на валенках – зимой, крестницы с крестниками улыбались, а повздорившее семейство в конце концов успокаивалось.

Впрочем, профилактические обходы со временем стали происходить все реже, и причиной тут был не возраст бабы Марфы. Церковь в селе решили построить. На старом месте, где храм разрушенный располагался, возрождать его несподручно было. Клуб с его диско-рок-грохотом соседствовал, а перед ним памятник одному из тех, кто всю свою жизнь с Богом боролся, соорудили. Да и власть сельская хотя и перешла в мелкособственническую сущность, по старой привычке не решилась в центре села землю под церковь дать. Около кладбища выделили пустырь – с полной уверенностью, что из этой затеи старожилов сельских ничего не выйдет. Кто же предполагал тогда, в начале 1990-х, что не пройдет и двух десятков лет, как центр именно к церкви переместится, а списанные по возрасту старики со старушками построят храм, куда та же власть всех приезжих гостей государственного, районного и прочих рангов на праздники и экскурсии приглашать будет.

Помолодела баба Марфа при храме. Нет, года прибавились¸ палочка для более уверенной ходьбы появилась, спина к земле преклонилась, но стала старушка душой моложе и сердцем нежнее. Крестников она, конечно, не забыла, советы о семейном благополучии давала и пьяниц по-прежнему гоняла, но преобразилась Марфа. Душа, она ведь не стареет, а тут место сооружают, где души все живут.

Откуда силы брались? Да на хозяйстве пару коз всего оставила, курей дюжину, собаку с кошкой, и огород вдвое меньше стал.

– Зачем мне больше? – говорила Марфа. – На еду хватает, и слава Богу.

Ежедневный обход села остался в истории, а вот дорожка «напрямки», через огород бабы Марфы, к храму приобрела почти асфальтовый вид: старушечьи неизменные чуни натоптали.

Забот по храму у старушки было столь много, что даже настоятель отец Стефан вряд ли смог бы их перечислить. По сути два старосты были при приходе: дед Матвей да баба Марфа. Дружно они управлялись хозяйственными делами, которые по субботним вечерам, после всенощной намечали. Отслужат, помолятся и на скамеечке возле церковного колодца вместе с священником планы на грядущую неделю планируют да о жизни разговаривают.

Как-то на очередном церковном совете в составе трех лиц заговорили о крещениях. Отец Стефан с грустью констатировал:

– Вот помрете, Марфа, и в селе ни одной Марфы не останется. Сколько крещу, сплошные Ольги, Олеси с Иринами… Даже Мариями почти не крестят.

Бабушка тут же категорично возразила:

– Не помру, батюшка, пока Марфу в купель не окунешь.

– Договорились, – ответил священник, хотя уверенности в его словах как-то не просматривалось.

***

О том, что на эту мирную землю вернется далекий 1942 год, завоют, как в прошлую войну, снаряды, застучат и завизжат по хатам, домам и дорогам села пули, прилетит самолет и разнесет ракетами в клочья вместо подстанции, по которой стрелял, ферму с коровами да кроликами, никто даже в страшном сне представить не мог. Но пришла беда.

Как только стало ясно, что без смертей, пожаров и горя не обойдется, приехал с далекого Урала сын бабы Марфы и увез ее к себе – досматривать да доглядывать.

Плакала бабушка, но сыну подчинилась. Когда увозил старушку по уже небезопасной дороге, мимо горящих полей и грохота приближающихся боев, Марфа все осеняла крестом село, где каждый камешек родной, всякая калитка ей открывалась, всех по именам знала, где жизнь прошла.

Прошел год. Война отодвинулась. Щербины пулевые и от снарядных осколков на храме заделали, стекла вставили, сдвинутый взрывной волной купол водрузили на место. Службы править стали как положено. По календарному графику и в алтаре, а не в погребе.

Первые крестины после военного горя вскоре определились.

Девочка. Двухмесячная. Родители, восприемники – крестные, по-нашему, – молодые да красивые. Радостные.

– Как назвать дочку хотите? – спросил отец Стефан и предложил: – Давайте по святцам имя подберем.

– Нет, батюшка, – возразил отец ребенка, – мы ее Марфой решили назвать.

Отец Стефан ничего не сказал – он в алтарь убежал, чтобы его слез не видели.

Успокоился. Окрестил, а через полгода известие получил от сына Марфы. Преставилась старушка в вере и мире духовном.

Дождалась.

https://pravoslavie.ru/113490.html
                                         

Продолжаю публикацию воспоминаний о игумене Павле (Волгине).
Сегодня закончил расшифровку воспоминаний Беляевой (Гнетневой) Надежды Николаевны.
Стилистика текста сохранена, только ошибки исправил.

Предыдущие рассказы и записи о подвижнике:
Первая часть ЗДЕСЬ.
Вторая ЗДЕСЬ
Третья ЗДЕСЬ
Четвертая ЗДЕСЬ
Готовим небольшую книгу о игумене.


Read more...Collapse )



Зачем я их собираю? Представления не имею. К фигуркам всяким каменным - равнодушен, а вот к шарикам, пирамидкам, многогранникам из камня какой то пиетет.
Батя с соседнего прихода в гостях был, критически осмотрел, похекал, потьфукал, междометий всяких добавил и как теща моя говорила "зробив висновок", что в переводе означает "сделал вывод":
- Чего в век каменный потянуло или в язычество?
А меня ни туда, и ни туда абсолютно не тянет, а камушки нравятся.
Благочинному подарил парочку. Доволен.
Может быть, на старости лет, в детство впадаю ?

Profile

rebrik
rebrik
protoierei Alexandr

Latest Month

November 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com