?

Log in

Надеюсь, что данное начинание будет иметь продолжение. Благодарю тележурналистов "Дон православный"!




                                                   

Если дома пожар, то с криком «Помоги, Господи!», нужно звонить 101, спасать детей, документы и деньги, а не бегать с горящей сретенской свечей по дому. Огня и так хватает. Рекомендуется и самому пытаться погасить пламя.

Если гремит гроза и сверкает молния, то с криком «Помоги, Господи!» необходимо выдернуть из розеток электроприборы, ликвидировать сквозняк и вспомнить свои грехи. Сретенскую свечу зажигать нет смысла, лучше в очередной раз пообещать Богу, что теперь то Вы обязательно станете сплошной ходячей святостью.

Если дома сплошной гром скандалов, молнии обид и грохот оскорблений, то после громогласной просьбы «Помоги, Господи!», закрой свой рот, зажги сретенскую свечу и мысленно, многократно, с чувством и искренностью про себя повторяй: «Так мне гаду (гадине) и надо».

Если Вас сглазили, околдовали, навели порчу или приворожили, то не надо орать «Помоги, Господи!» и зажигать сретенскую свечу, так как Вы в Бога не верите.

Если Ваша сретенская свеча потухнет (сгорит) очень быстро, то не надо с воплем «Помоги, Господи!» бежать в похоронное бюро и выбирать лучшее место на кладбище, просто примите к сведению, что все помрем, причем раньше, чем нам хочется.

Если сретенская свеча трещит - это не значит, что летом будет много гроз, просто после обязательного восклицания «Помоги, Господи!» разобраться, кто данные свечи изготовлял и паршивый стеарин применил. Восковые свечи трещат только тогда, когда они мокрые.

                               

Праведный старец Симеон встретил Самого Бога и воскликнул:

Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, по глаголу Твоему, с миром; яко видеста очи мои спасение Твое, еже еси уготовал пред лицем всех людей, свет во откровение языков, и славу людей Твоих Израиля.

Дай Бог и нам обрести такую встречу!
Чтобы запеть ныне и в века вечные, вдохновенно и молитвенно:

Радуйся, Благодатная Богородице Дево, из Тебе бо возсия Солнце Правды – Христос, Бог наш, просвещаяй сущия во тьме. Веселися и ты, старче праведный, приемый во объятия Свободителя душ наших, дарующаго нам воскресение.

С Праздником, дорогие друзья! С Сретением Господним!
                                               

«Но, с другой стороны, при таких делах» (с) – хорошие мытари за эти два воскресенья получились. В пример ставим. На их примере фарисейски обличаем фарисеев всяческих.
НО!
Рядом с храмом нашим – налоговая инспекция. Весной, как обычно, выпускники университетов приедут в нее на практику и как всегда их направят выбивать долги.
Первые по ходу – мы, то бишь наш приход. Так что ждем гостей с дежурным вопросом: «А почему у вас нет кассового аппарата?». Это при любой власти повторяется.
В прошлое воскресенье я по-фарисейски высматривал, не появилось ли возле налоговой дерево ягодичное, и не сидит ли на нем мытарь городской?
Не было дерева.
Сегодня за спины прихожан буду заглядывать, может там, в уголке, и стоит тот для которого главное одно лишь действо: «Боже! будь милостив ко мне грешнику!».
Если сам фарисеем не буду, то обязательно увижу. Потому что нет храма без праведника.

Оптинская древность...

                                       

«Мне нужно ежеминутно, говорю вам, быть мыслями
выше житейского дрязгу, и на всяком месте своего странствия
быть в Оптинской Пустыни…»

Гоголь. Письма

Жили когда-то на берегу реки, которая и сегодня быстро несет свои воды в Оку, два отшельника. Один на одном берегу, другой на другом. Встречаться они не встречались и вообще не общались. Но каждый день один кричал на тот берег: Жив?! – Здрав! – отвечал второй. Вот и весь разговор. Так и жили. Отсюда и пошло название реки - Жиздра.

Много легенд существует о том, как появилась на берегу Жиздры монашеская обитель, нынешняя Оптина пустынь, но все они связаны с историей преображения разбойника Опты в раскаявшегося молитвенника, а затем и монаха Макария.
Из этих повествований наиболее поэтичное и удивительное следующее.

В конце XIV-начале XV вв. бродил по калужским лесам со своей ватагой разбойник Опта. Дорога тут на Киев испокон века проходила по которой богатые обозы купеческие с товаром часто проезжали. Именно они и становились целью разбойников. Грабили они добро чужое, а если сопротивлялись обозники, то убивали несчастных. И такое лихо разбойное у Жиздры началось, что решил князь московский вместе с одним из больших обозов войско небольшое послать, чтобы не только добро защитить и людей сохранить, но и банду эту всем надоевшую разогнать.

Нужно сказать, что атаман Опта, себя православным считал, крест носил и храм Божий посещал. Как ограбит очередных путников или торговцев, так и в церковь идет. За упокой им убиенных душ молиться и пред Богом прощения просить, мол, опять бес попутал. Особенно часто к иконе святителя Николая Чудотворца атаман обращался. Купит свечу пудовую, пред образом Чудотворца ее поставит и взывает сокрушенно: «Прости, отче Николае, снова грех на душу взял».

Большой обоз пропустить разбойники никак не могли, а о том, что княжеские ратники скрытно его охраняли, им не ведомо было. С гиком и криком налетели они на добычу, но против обученных воинов, облаченных в шлемы и доспехи, с саблями, копьями, кистенями и булавами одной отваги мало. Да и не ожидали лесные пираты отпора умелого и силы военной.
Кого убили, кто сбежал, сам же атаман Опта, тяжко раненый, под лошадь мертвую, в овражек свалившуюся, подлез, да и затих под ней, ожидая, когда уйдут княжьи воины. Долго ему под убитой лошадью пролежать пришлось, искала охрана обоза главаря разбойничьей ватаги. Да видно решил Господь сохранить Опту. Только к вечеру ушло войско. Вылез раненый атаман, оводами и мошкарой искусанный, из под воняющего, разлагающегося убежища и побрел в сторону града родного. Идет, стонет по дороге, а навстречу ему седой благообразный, весь в одежде светлой, старичок с посохом. Поравнялся с разбойником да и спрашивает:
- Ну что, Опта, хорошо битым быть и под лошадью прятаться?
- Плохо, отче, плохо, - ответил удивленный Опта.
- Вот и мне плохо, когда ты мне свечи в церкви ставишь.
Упал атаман на колени, а когда голову поднял, рядом святителя уже и не было.
До дома родного Опта уже не пошел, к реке свернул, где лес буреломом, тропинок нет, а следы только звериные.
И полилась с лесного берега Жиздры молитва покаянная, которая и стала началом Оптиной пустыни.
                                               

Сборник писем святителя Феофана Затворника "Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться" стал для многих началом пути в православие, в Церковь.
Казалось бы "преданье старины глубокой", ан нет! И современно, и доходчиво, а главное интересно для непосвященного ума и понятно без чтения сносок и помогающих объяснений.
Недаром, даже статья есть о подвижнике и его книге с названием Святитель Феофан – блогер в затворе.
Именно "блогер", так как современен. Поэтому и не удивляюсь, когда новое чадо церковное истоки своего упования на Бога и веры в Него именно в этой книге находит.

Труды Затворника XIX века поражают своей современностью и если бы не слог того времени, не способ передачи своих мыслей, которые были действительно последовательны, ярки и образны, то пред нами богослов этого века.
Пророком святителя Феофана называть не буду, но его предупреждения насчет грядущих безбожных, секулярных и в сути своей безнравственных ценностях притопавших к нам со стороны западной и сегодня буквально вопиют: "Прийди и виждь".
Поэтому так часто и цитируются слова Феофана Затворника:
«Западом и наказывал и накажет нас Господь, а нам в толк не берется. Завязли в грязи западной по уши, и все хорошо. Есть очи, но не видим; есть уши, но не слышим и сердцем не разумеем. Господи, помилуй нас!» И это не ксенофобия, не предвзятая неприязнь к западному миру, а неприятия тех начал и устремлений, которые уводят христианское, православное сознание в мир не духовный, а сугубо чувственный, телесный.
Категоричен святитель был во многом, но разве не злободневны его мысли в года нынешние? Вот, к примеру, о Синоде: «Никакого контроля: врут светские, врут духовные, а ему горя нет, - глазом не моргнет. - Нет власти в церкви... как кто хочет, так и действует и учит. - Попы всюду спят... Не спящих один-два - и обчелся».
Событиям дня сегодняшнего посвящены и вот эти слова:
«верующие имеют полное право втесняться с духовным в область вещественного, когда материалисты лезут со своею материею, без зазрения совести, в область духовного». Думаю, что каждый священник испытал это "втеснение" нецерковных советчиков в дела сугубо церковное. Да и не только священник.
Так что вполне резонно и справедливо определение святителя Феофана, день памяти которого в этот день 23 января, как "современного блогера"

                                         

И Он сошел к потоку Иордана,
И преклонил державную главу
Под дланию крестящей Иоанна

(Ф. Глинка)

Во Иордане крещающуся Тебе, Господи, Троическое явися поклонение: Родителев бо глас свидетельствоваше Тебе, возлюбленнаго Тя Сына именуя, и Дух в виде голубине, извествоваше словесе утверждение. Явлейся, Христе Боже и мир просвещей, слава Тебе.

С Праздником!
В дом, где лежит усопший, священник поднимался по скрипучим ступенькам высокого крыльца.
Тихо в селе. Слякотоно. Грязь с снегом перемешена. Не понятно, то ли поздняя осень, то ли ранняя весна. Как не старайся и не берегись низ подрясника, вкупе с обувью будут не только мокрыми, но и выпачканными.
Видно не услышали в доме подъехавшую машину с батюшкой. Обычно всегда встречают, в дом проводят, предупреждают, чтобы голову пригнул и о невысокий дверной косяк не ударился. Старики обычно в таких домах и живут, когда годы свои последние самостоятельно досчитывают. Дети, если с села не уехали, в иных хоромах обитают, современной постройки. Там и окна побольше и двери повыше. Но чаще в городе живут. Цивилизованно так сказать…
Лирика о повседневной реальности к добру батюшку не привела, об косяк дверной он стукнулся так, что невольно свое стандартное выражение, от которого никак избавиться не мог выдал: «Искушение, чтоб тебя!».
На данный входной возглас священника выскочила из залы, где возлегал в домовине усопший, дородная женщина неопределенного возраста, всплеснула руками и также возгласила: «Ой, божечки, батюшка приехал!».
Тут же в зале раздалось высоконотное, неопределенного гласа, но четкой тональности:
- На кого же ты нас оставил!
Затем возник дуэт:
- И как же ты рано глазоньки свои закрыл!
Священник, пока снимал куртку, да отряхивал подрясник, посмотрел на крест, стоящий у входной двери. Из надписи на перекладине креста выходило, что усопший Борис прожил не много, не мало, а 86 годков.
- Ничего себе, «рано»? – невольно подумал батюшка и решительно вступил в залу, что привело к еще большим причитаниям, переходящим в заунывный крик.
Священник, не торопясь, разжег «быстрорастворимый» кадильный уголек, одел белое облачение, проверил все ли нужное приготовлено на столике, где стоит коливо, иконка и лампадка, поправил венчик на лбу преставившегося деда, посмотрел в какой руке у него погребальный крест, а затем окинул взглядом присутствующих.
Их было не много, но крика хватало на все окрестности.
Батюшка помолчал, внутренне собрался и гаркнул:
- А ну тихо! Чего раскричались?! Скоро встретитесь!
Комната обрела погребальную тишину. Слышно было, как потрескивают свечи.
Священник вздохнул, перекрестился и уже спокойно, как всегда, как в храме, произнес зачало:
- Благословен Бог наш, всегда, ныне и присно и во веки веков…


                                                                       
                                                                          иеросхимонах Симон (Гаджикасимов)

Тогда, в 1989, в Оптиной я ничего о нем не знал.
Даже когда он, увидев мои рваные туфли, привез мне из Калуги новые, я лишь удивился его заботливости и сердечности, но ничего не расспросил о его прошлой жизни.
Помнится, что мы говорили с ним о литературе, вернее, о новых публикациях в толстых журналах. Я приехал в Оптину позже, чем отец Симон (тогда он был монахом Силуаном) и новости о книгах, напечатанных в "Новом мире", "Нашем современнике", "Неве" и "Москве", были у меня "свежее".
Он больше слушал и что удивительно, никогда не рассуждал о поэзии и музыке...
О старцах мне рассказывал оптинских. Подробно и удивительно интересно. О Гоголе, о Толстом, о Достоевском и еще о тех, кого Оптина коснулась.

Лишь позже я узнал, кто он.
Поэт-песенник, автор многих популярных шлягеров 80-х годов.
Репертуар ВИА "Веселые ребята" был богат его стихами, которые распевались и слушались практически в каждом доме.

Монастырская жизнь не проста.
Ушел он из монастыря.

Не столь давно узнал, что есть фильм о поэте и переводчике Онегине Юсифе оглы Гаджикасимове в миру, то есть о православном иеросхимонахе Симоне.



Ушел ко Господу отец Симон 30 июля 2002 года.

Прости меня, отче...

Из творчества Онегина Гаджикасимова:

Льёт ли тёплый дождь, падает ли снег,
Я в подъезде против дома твоего стою.
Жду, что ты пройдёшь, а быть может нет.
Стоит мне тебя увидеть... О, как я счастлив!

Странно и смешно наш устроен мир,
Сердце любит, но не скажет о любви своей.
Пусть живу я и не знаю, — любишь или нет?!
Это лучше, чем признаться, слышать «нет» в ответ!

А я боюсь услышать «нет»!
Песню подобрал на гитаре, я;
Жаль, что ты её не слышишь, потому что в ней,

Грусти не тая, я тебя назвал Самой нежной и красивой!
О, и это правда! По ночам, в тиши, я пишу стихи;
Пусть твердят, что пишет каждый в девятнадцать лет!

В каждой строчке только точки после буквы «Л».
Ты поймёшь, конечно, всё, что я сказать хотел,
Сказать хотел, но не сумел!

По ночам, в тиши, я пишу стихи;
Пусть твердят, что пишет каждый в девятнадцать лет!
В каждой строчке только точки после буквы «Л».
Ты поймёшь, конечно, всё, что я сказать хотел!

Но тает снег весной всегда.
Быть может мне ты скажешь — «да».
Быть может мне ты скажешь — «да».
Быть может мне ты скажешь — «да».

Чудо да и только!

Оригинал взят у lexmach в Чудо да и только!
Раньше приходилось читать про различные обретения святых образов, господа, матери его и святых, но как правило всё это случалось когда то.... в прошлые века. А вот месяц назад Господь явил новое чудо, 21 декабря в селе Великорецком это в Кировской области была чудесным образом обретена икона Николая Мир ликийских чудотворца.

В этом известном ещё с 14 века селе находится подворье Трифонова монастыря и при нём своё небольшое подсобное хозяйство, и вот нынче так случилось, что одна из коров приболела и её порекомендовали перевести в другое помещение, которое было простым летним крытым двором-сараем и было в нём так называемое техническое окно. Уж простите за подробность для выгрузки навоза, его то и понадобилось закрыть. Послушник Михаил взявшийся выполнить эту работу, нашел первый попавшийся под руки кусок старого кровельного железа и зашил им отверстие. Было это 18 декабря, а спустя 2 дня служащая подворья Ольга, пришла убирать снег и ...
.- "увидела, что на меня смотрят глаза. Помню первое, что тогда пришло на ум: почему икона Николая Чудотворца перевернута вниз головой?" Тут же сообщила об этом Михаилу, он прибивавший 2 дня назад в окно простой кусок ржавого железа, был не меньше удивлён. Икону вынули из окна и Михаил унёс её к себе домой, а на следующий день поместил в храме Преображения Господня. Где она по сей день и пребывает, но скоро будет доставлена в центр Вятской и Слободской епархии г. Киров. А пока ежедневно перед образом служатся молебны и уже едут посмотреть и приложиться к образу паломники.
Чудо да и только и мы его современники. 

                                     

«Раз в крещенский вечерок девушки гадали» - эти слова В.Жуковского на этой неделе в рейтинге великом будут пребывать. Они не девальвируются и из года в год повторяются. Одно лишь успокаивает, теперь вкупе с языческими приметами и советами, православное понимание Крещения (Богоявления) чаще "до сведения" доводится.
И все же!
Повторяю свой же трехгодичной давности перечень (естественно не полный, в каждой местности свои тараканы) того, что можно и нужно знать в грядущие дни, а чего надо бы избегать и не рекламировать.

- Вечерняя святая вода (Агиасма) ничем не отличается о той, которую будут освящать в сам праздник Крещения Господня 19 января.
- Советы фирмы ОБС (одна бабка сказала), что дома должна обязательно быть «богоявленская» (вечерняя) и «крещенская» (дневная) вода – суеверие.
- От того сколько капель святой воды со священнического кропила попадет в вашу посудину «качество святости» не зависит.
- Вода, где не произносится священническая молитва (не служится), не освящается, поэтому в кранах, в колодцах, речках и водоемах даже в крещенскую ночь она остается просто водой.
- Купаться на Крещение здоровому и телесно крепкому человеку, можно, но это далеко не обязательно. В больницах и поликлиниках и так нынче очереди с простудными заболеваниями.
- Считать, что купание в проруби грехи «снимает», есть лишь прибавление еще одного греха к имеющимся.
- Если православный человек имеет желание окунуться в Иордань (водоем, где освятили воду), следует взять на это благословение у священника.
- Хранить освящённую воду в особом месте надобно и потреблять по немножко (по-ложечке), желательно натощак, при болезни можно чаще.
- Обливаться (обливать) в ванне при купании святой водой, дабы выздороветь, нельзя.
- Скотину (худобу) и прочую домашнюю живность поить этой водой нельзя, даже с учетом того, что у некоторых святых такие примеры присутствуют.
- От сглаза, наговора, заговора и прочих чудачеств из ореола язычества вода крещенская не помогает, так как она святость, а не собственное суеверие.
- Гадать в крещенскую ночь, ради забавы, фольклора, традиции или от того, что «так наши предки делали» можно конечно, но только в церкви после подобного кощунства пред Богом Вам делать нечего. Нельзя соединять вместе бесовщину и Христа.
- Окроплять святой водой жилище можно и нужно, а рисовать на дверных косяках кресты – ваш личный выбор.
- Вода крещенская (Агиасма) не портится никогда ни от того, что в нее ионы серебра с креста попадают, а от того, что она святая.
- Абсолютное суеверие и усмешка лукавого, что нельзя святую воду наливать «от себя», «через руку» или через воронку, или ставить бутылку со святой водой на землю.
- Если не крещен как положено, то считать себя "окрестившимся" и носить крест, если отстоял службу и окунулся в прорубь - не следует. Как был нехристем, так им и остался.
- Святая вода обязательно потеряет для тебя лично свои свойства, если ты не веришь во Христа, и пользуешься ей, как очередным магическим средством.
- Крещенская вода приносит духовное и телесное здоровье по вере вашей.
                                                     

Игумен Павел Волгин

Есть в селе Дьяково, что на юге луганщины большое село – Дьяково, а в нем храм в честь первоверховных апостолов Петра и Павла. Храм этот построен прихожанами в 1892 году и лишь в период с 1930 до 1942 года был закрыт. Была и еще одна церковь в селе – Иоанна Милостивого, но ее после закрытия в 1930 году полностью разрушили в дни Великой Отечественной войны.
С 1946 по 1958 годы настоятелем Петропавловского прихода был игумен Павел (Волгин). 58 лет прошло со дня смерти священника, но и сегодня к месту его захоронения идут верующие, несут цветы и свои просьбы. Горит лампадка на могилке священника, молится народ православный, помнит того, чье служение Богу и любовь к людям стали для многих примером благочестия и праведности, хотя биографических сведений о нем пока еще очень мало.
Павел Иванович Волгин родился в 1857 году. В 1917 – 1919 годах служил офицером в рядах Белой Армии. После победы большевиков был репрессирован и получил 10 лет лагерей. Вернувшись из заключения и ссылки, поступил в Свято-Почаевскую Лавру, где и принял монашеский постриг с именем Павел в честь первоверховного апостола.
Read more...Collapse )

Мой небольшой рассказ в ФОМЕ

                                           

Первые 19 лет моего священнического служения проходили в сельском приходе. Храм новый, в 90-м году построенный, четыре окрестных села окормлял. Всё бы хорошо — и прихожан достаточно, и спонсоры с ближайшей шахты есть, да вот только через дорогу от церкви жил Сева.

Сева — фигура неоднозначная, непредсказуемая и категоричная, даже в свои сорок с хвостиком, хулиганистая. Если ему что-то не нравилось, он старался все исправить по-своему, причем кардинально.

Я со своими прихожанами чувства любви у него не вызывал, поэтому все виды его изощренных мстительных действий испытывал регулярно. Причем кульминация его действий против церковных соседей и меня лично обычно совершалась в большие церковные праздники.

И слова непотребные выслушивали, и гору навоза прямо перед входом на церковный двор получали, и милицию встречали в разгар службы — силовые структуры получили сообщение, что в храме крик, шум и драка со смертоубийством. Горазд был Сева в борьбе с «мракобесами».

Вот и в то Рождество, когда в половине четвертого утра начали прихожане на богослужение собираться, я с опаской рассматривал окрестности храма. Да и как не опасаться, если окно Севиного домика было освещено?

— Готовится, наверное, – решил я, — сейчас что-нибудь отчебучит.

Все Великое повечерие – сплошное напряженное состояние, но когда хор торжественно запел «С нами Бог», успокоился и я, и те, кого мы на входе храма оставили, дабы очередной «теракт» предотвратить.

Началась Утреня, я вышел в центр храма Евангелие читать и вдруг, справа от себя, в углу около иконы Антипия увидел Севу. Он плакал. Стоял и молча плакал. Все лицо в слезах. Вытирает рукавом глаза и опять, чуть ли не навзрыд…
О своем удивлении рассказывать не буду, его не опишешь. После службы пошел я к Савелию домой — надо же было это преображение как-то объяснить.

Сева грустный и задумчивый сидел в зале своего небольшого двухкомнатного домика. Перед ним на столе лежали две старенькие елочные игрушки. Одна из картона – ангел с крылышками, а вторая — стеклянный, чудом сохранившейся шарик, на котором местный художник нарисовал вертеп…

— Что случилось, Сева?

Сева посмотрел на меня. Подумал с минуту, а потом, рукой махнув, рассказал.

— Полез я на горище (чердак) за валенками, думал в окно ваше церковное горящего чёрта выставить, чтобы не радовались сильно, а за валенками в углу сумка старая мамина. Достал, открыл, а там вот эти игрушки.

— Ну и? – не понял я.

— Так мне их мамка подарила на Рождество, когда мне лет пять было. Подарила, обняла и песню вашу запела, а через дней десять преставилась.

— Какую песню?

— Да эту же.

И Сева запел:

— Добрий вечір тобі, пане господарю, радуйся…

Может быть, он и не пел, а просто говорил, но я больше никогда в своей жизни не слышал такой удивительного песнопения и такого радостного восхваления Христа.
                                           

Радуйтесь грешники! Родился Искупитель всех наших грехов!
Осталось только открыть для младенца Христа двери наших сердец...

Когда-то, уже давным-давно, на заре собственного интернетного присутствия, прочел я несколько зарисовок на тему Рождества Христова, под заголовком «Рождественские элегии».
Сегодня, готовлю проповедь к Празднику, и вспомнил об одной из них:

Колокола

Молюсь ночью, в онкодиспансере, шёпотом: "Рождество Твое, Христе Боже Наш"... Вьюга глушит рождественские колокола, почти до неслышимости, но радость отчего-то так и трепещет, так и требует не прекращаться в сердце моем!
Не могу заснуть, ворочаюсь. Встаю, выползаю в темный коридор, где виден прямо за окнами больницы сверкающий бизнес-центр с толстопузой крышей теннисного корта и нелепой башенкой, словно из детского фильма-сказки. Похоже чем-то на Вертеп, только без Младенца, Марии, Иосифа и пастухов...
А колокольный звон отсюда уже вовсе не слышен. И это вдруг огорчает: ну почему же, нукак же - без колоколов?!..
И я резко поворачиваю в нашу палату, где хрипят и кашляют мои товарищи по болезни - мои братья по Рождеству: Виталик, дядя Коля, Муса... Прикладываюсь к подушке и прислушиваюсь к тому празднику, который дарован Христом для меня и для них. И не могу уснуть - от кашля, вьюги заполночной, от едва доносящихся колокольных елоховских звонов. От запахов рождественской хвои.
И когда я всё-таки засыпаю, мне кажется: Звезда подмигивает нам, и даже долетает откуда-то издали:
"Тебе кланятися, Солнцу Правды"...


Именно сегодня, в Рождественский Сочельник, напомнил мне Господь эти небольшие рассказы и их автора, моего друга, встречи с которым всегда событие и радостная элегия.
С грядущим Рождеством, Владимир Александрович gurbolikov!
С Праздником, друзья!





поздравительное

                                   

31 декабря – время констатации, разбора «полетов» и окончательного подсчета цыплят. Никуда от этого не денешься, независимо от того делаешь ли ты жирный оливье или постный винегрет.
Стремление не видеть календарь или не слышать куранты, при всех аргументах консервативной ортодоксальности – тщетные усилия. Проще сказать - лицемерие.
Рождественские праздники впереди?
Верно.
Но встречать Рождество надо чистеньким, опрятным и целенаправленным. Новый год не только заставляет сделать уборку дома и в душе, он еще и «сын ошибок трудных». В эти дни (и даже ночь) можно переоценить свои возможности, понять собственные реальные силы и дать себе, на грядущие 365 дней, то задание, которое выполнимо.
Испросить благословение у Младенца Христа нужно, слов нет, но не аморфное и расплывчатое «Дай, Господи, благополучия», а конкретное, к чему решил стремиться, что реально с Его помощью можешь сделать.
Ночь новогодняя вполне этому способствует.
Не в празднике грех, а в том, как праздновать. И если изначально помолишься, постараешься простить всех и ни на кого зла не держать, то, затем смело можно и с Новым Годом поздравить, и бокал с шампанским пригубить, и дольку мандаринки скушать. Видя радостные лица, и Господь возрадуется.
Если же о личном, то у меня уже третий год одно желание и одна главная просьба к Богу.
Господи! Сделай так, чтобы за пять минут до новогодней полуночи, мне рассказывали не о том, чего достигли, кто мешал и какие мы хорошие, а просто констатировали: «И на земле мир, и в человецех благоволение»

Давеча, общаясь с лучшим четвероногим другом, то бишь с диваном, обратил свой пытливый взор на полки с книгами. На одной из них с огорчением обнаружил, что из шести томиков Федора Михайловича Достоевского, осталось лишь два.
Пришлось прервать удобное расположение и конкретно узнать, «чего нет» и вспомнить кому «дал почитать».
Не вспомнилось.
Утром, собираясь на праздничное богослужение в Никольскую церковь, зашел в алтарь собственного храма, где облачался отец Павел, а три помощника усиленно делили поминальные записки.
Окинул всех вопрошающе грозным взором и громогласно спросил:
- У кого мой Достоевский?
Откликнулся самый молодой:
- Батюшка, у меня только ваши "Бесы".
- Чего у тебя? - запнулся я.
- Бесы, - подтвердил алтарник.
Установилась тихая пауза, грозившая взорваться не подобающим для алтаря хохотом.
Придерживая палец у губ, тихонько, удерживая смех, смог ответить:
- Бесов оставь, а книжку отдай…